Неточные совпадения
Вера в Бога есть лишь
внутренняя встреча в духовном
опыте.
Прежде Вера прятала свои тайны, уходила в себя, царствуя безраздельно в своем
внутреннем мире, чуждаясь общества, чувствуя себя сильнее всех окружающих. Теперь стало наоборот. Одиночность сил, при первом тяжелом
опыте, оказалась несостоятельною.
Иногда, в этом безусловном рвении к какой-то новой правде, виделось ей только неуменье справиться с старой правдой, бросающееся к новой, которая давалась не
опытом и борьбой всех
внутренних сил, а гораздо дешевле, без борьбы и сразу, на основании только слепого презрения ко всему старому, не различавшего старого зла от старого добра, и принималась на веру от не проверенных ничем новых авторитетов, невесть откуда взявшихся новых людей — без имени, без прошедшего, без истории, без прав.
Духовная телесность не связана пространственностью [Даже расширение
опыта в сторону оккультизма дает уже преодоление пространственности: «астральное» тело не связано пространством, на чем основана возможность «астрального выхождения», появления двойников и разные телепатические явления.], как границей, а потому внешняя форма должна уступить здесь форме
внутренней, однако же ощутимой и осуществляемой образно и телесно.
Мысль рождается не из пустоты самопорождения, ибо человек не Бог и ничего сотворить не может, она рефлектируется из массы переживаний, из
опыта, который есть отнюдь не свободно полагаемый, но принудительно данный объект мысли [Эту мысль С. Н. Булгаков впоследствии развил в своей работе «Трагедия философии» (1920–1921), о которой писал в предисловии: «
Внутренняя тема ее — общая и с более ранними моими работами (в частности, «Свет невечерний») — о природе отношений между философией и религией, или о религиозно-интуитивных отношенях между философией и религией, или о религиозно-интуитивных основах всякого философствования.
Ср. с описаниями припадка эпилепсии в романе «Идиот» Ф. М. Достоевского (сделанными, по-видимому, тоже по личному
опыту писателя): «Ум, сердце озарялись необыкновенным светом…» «Затем вдруг что-то разверзлось перед ним: необычайный
внутренний свет озарил его душу» {Достоевский Ф. М. Поли. собр. соч.
Эта
внутренняя форма, осуществляющаяся в духовном теле, остается недоступной нашему теперешнему
опыту, скованному реальной пространственностью мира.
Во
внутренних комнатах царила мертвая тишина; только по временам раздавался печальный крик какаду, несчастный
опыт его, картавя, повторить человеческое слово, костяной звук его клюва об жердочку, покрытую жестью, да противное хныканье небольшой обезьяны, старой, осунувшейся, чахоточной, жившей в зале на небольшом выступе изразцовой печи.
После пережитого мною
внутреннего переворота, связанного с
опытом творческого подъема, я никогда не изменял своей веры в творческое призвание человека.
Все определяется для меня этим
внутренним духовным
опытом.
В связи со всем этим во мне шла и
внутренняя работа, та борьба, в которой писательство окончательно победило, под прямым влиянием обновления нашей литературы, журналов, театра, прессы. Жизнь все сильнее тянула к работе бытописателя.
Опыты были проделаны в Дерпте в те последние два года, когда я еще продолжал слушать лекции по медицинскому факультету. Найдена была и та форма, в какой сложилось первое произведение, с которым я дерзнул выступить уже как настоящий драматург, еще нося голубой воротник.
Жизнь церкви раскрывается в нашем
внутреннем религиозном
опыте.
Если мир не-я переживается в
опыте не только через его действия на субъект, а и сам по себе, в своей собственной
внутренней сущности, то это значит, что
опыт заключает в себе также и нечувственные элементы и что связи между вещами даны в
опыте.
Догматы — обострение
внутреннего зрения, открытие мистических фактов в глубине своего
опыта.
Тарновский, испытывая предохранительную жидкость Ланглебера, произвел, между прочим, следующие два
опыта: «Отделяемое твердого шанкра в одном случае и мокнущих слизистых папул в другом было положено мною на
внутреннюю поверхность плеча здорового субъекта, где с помощью ланцета предварительно была соскоблена кожица.
Но откровение не есть для его философского познания внешний авторитет, оно есть для него
внутренний факт, философский
опыт.
В познании духа, которое и есть философия, должно быть
внутреннее родство познающего со своим предметом, должно быть признание реальности духа, должен быть творческий духовный
опыт.
Эта экстериоризация духа всегда отвлекает от
внутреннего духовного
опыта в сферу отвлеченной мысли.
Граф Алексей Андреевич хорошо понимал причину этих выходок своей любимицы. Он, умудренный житейским
опытом, ясно видел, что Татьяну Борисовну пора выдавать замуж, но во что бы то ни стало старался отогнать эту для него неприятную мысль, опровергая это
внутреннее свое сознание чисто деланными искусственными рассуждениями и убеждениями самого себя вопреки действительного положения дела, что «Танюша еще совсем ребенок».
Во всю ширину другой
внутренней стены тянулся другой стол из простых сосновых досок, заваленный планами, чертежами, образцами руд и чугуна, целою коллекцией склянок с разноцветными жидкостями и какими-то мудреными приборами для химических
опытов.
Первыми
опытами она осталась не особенно довольна; руки не повиновались ее
внутреннему пониманию, звуки инструмента казались сначала чуждыми овладевшему ею настроению.
Поэтому, будучи монистом и имманентистом в последней глубине мистического
опыта, веря в божественность мира, во
внутреннюю божественность мирового процесса, в небесность всего земного, в божественность лика человеческого, я в пути утверждаю расщепление, дуализм свободы и необходимости, Бога, божественной жизни и «мира», мировой данности, добра и зла, трансцендентного и имманентного.
Святость не в лесах, не на небе, не на земле, не в священных реках. Очисти себя, и ты увидишь его. Преврати твое тело в храм, откинь дурные мысли и созерцай бога
внутренним оком. Когда мы познаем его, мы познаем себя. Без личного
опыта одно писание не уничтожит наших страхов, — так же как темнота не разгоняется написанным огнем. Какая бы ни была твоя вера и твои молитвы, пока в тебе нет правды, ты не постигнешь пути блага. Тот, кто познает истину, тот родится снова.
Так возражают защитники существующего строя. И рассуждение это было бы совершенно справедливо, если бы переход людей от одного понимания жизни к другому совершался посредством только одного того процесса, при котором каждый человек отдельно и один за другим познает
опытом тщету власти и
внутренним путем постигает истины христианские.
Другой этот способ усвоения людьми новой открывшейся истины и переход к новому устройству жизни состоит в том, что люди усваивают истину не только потому, что они познают ее пророческим чувством или
опытом жизни, а потому еще, что при известной степени распространения истины, люди, стоящие на низшей степени развития, принимают ее все сразу, по одному доверию к тем, которые приняли ее
внутренним способом и прилагают ее к жизни.
Но трансцендентность Бога есть наш имманентный
опыт, в человеке раскрывается божественное, божественное для него
внутреннее, а не внешнее.
Мой
внутренний духовный
опыт не есть объект.
Говорят и пишут, что щуки живут до трехсот лет, а карпии — более ста, чему, как уверяют печатно, были деланы несомненные
опыты, ибо в пруды, которые никогда не сходят, но освежаются проточною водою или
внутренними родниками, пускали маленьких щук и карпий с золотыми или серебряными кольцами, продетыми сквозь щечную кость, с означением на кольцах года: таких рыб ловили впоследствии (разумеется, уже потомки) и убедились по надписям годов в их долговечности.
Степа, выглянувши теперь из облаков, совсем точно преобразился. Он вовсе не такой, каким был до сих пор со мною. Сдержанность его исчезла. «Лекция кончилась!» Он произвел свой
опыт и сделался просто моим приятелем. И странно: не из ложной гордости, но по
внутреннему побуждению я не пристаю уже к нему с вопросами. Мне пока видно, за что следует прежде всего взяться. И самому Степе будет приятнее знать, что я иду не на помочах, а сама.
«Он умеет прельщать!» — мелькала в ее уме фраза, сказанная ею Ядвиге. Она знала это по
опыту и знала также, что протекшие годы не произвели почти никакого разрушающего действия ни на внешнюю, ни на
внутреннюю физиономию этого «вечно юного ловеласа высшего разбора».
Источник подобных противоречий, не всегда избегаемых системою, о которой мы говорим, — смешение в ней гениальных выводов из
опыта и столько же гениальных, но страждущих
внутреннею несостоятельностью попыток подчинить все их априористическому взгляду, который часто противоречит им.
Но движение это нужно прежде всего мыслить не как внешнюю унию, а как
внутреннее обращение двух половин христианского человечества друг к другу с любовью, не отказываясь от своеобразного
опыта каждой из половин.
Это говорит нам постоянный
опыт, говорит наше
внутреннее сознание, наша вера; и это же самое подтверждается результатами новейших исследований в области естествоведения.
Какое-то
внутреннее тяжелое горе, грустная жалоба побежденного бойца, печаль о несбывшихся надеждах юности, — вот характер большей части изданных ныне стихотворений г. Плещеева. С первого взгляда тут не представляется ничего необыкновенного: кто не был разочарован горьким
опытом жизни, кто не сожалел о пылких мечтах юности? Это сделалось даже обычною пошлою темою бездарных стихотворцев, к которым обращался еще Лермонтов с этими жесткими стихами...
А мы, со всеми нашими огромными средствами и орудиями к совершенствованию, с
опытами всех веков, с гибкой, переимчивой нашей природой, с религией, которая именно дана нам на то, чтобы сделать из нас святых и небесных людей, — со всеми этими орудиями, умели дойти до какого-то неряшества и неустройства как внешнего, так и
внутреннего, умели сделаться лоскутными, мелкими, от головы до самого платья нашего, и, ко всему еще в прибавку, опротивели до того друг другу, что не уважает никто никого, даже не выключая и тех, которые толкуют об уважении ко всем.